Главная » Интервью/Статьи » Статьи

Марианна Фейтфулл в больнице "Mount St. Margaret", 1969
Австралийский женский журнал "Women's Weekly", 13.08.1969

Автор: Kay Keavney
Перевод: heart-of-stone.do.am

На обложке журнала: Марианна Фейтфулл сфотографирована штатным фотографом Китом Барлоу в парке больницы "Mount St. Margaret", Райд, Новый Южный Уэльс. Это первая прогулка Марианны после того, как она была доставлена в больницу вскоре после её прибытия в Австралию.

Девушка по прозвищу "Девушка которой всё равно", сообщает наш корреспондент, была настоящей неожиданностью...
А её мать? "Она старомодна, леди, кажущаяся далёкой от безумного мира поп-музыкантов и марихуаны."

Марианна и её мать

"Причина несчастного случая - передозировка наркотиков?", - спросил я у матери Марианны Фейтфулл.
Она посмотрела на красивую и хрупкую дочь, сидящую на лужайке.
"Я не знаю", - тихо ответила она. "Марианна не помнит".

Мы были в парке больницы "Mount St. Margaret". Зелёная трава, яркие цветы и солнце, сделавшие этот хороший день таким живым.
Несколько недель назад Марианна лежала в коме, находясь при смерти, после передозировки барбитуратами. Её мать оставила её маленького сына с няней в Англии и вылетела, чтобы быть рядом с ней.
Чтобы защитить свою дочь, она была вынуждена спрятать свою природную душевную теплоту и быть (как она это назвала) "несговорчивой".
"Пожалуйста", - сказала она, своим низким голосом с акцентом, "Прошу вас простить меня".
Она невысокая и элегантная, кареглазая и загорелая шатенка. Она по праву - баронесса Эриссо (Erisso), этот титут берёт начало с 17-го века, полученый на землях Зальцкаммергута в Австрии.
Она старомодна, леди, кажущаяся далёкой от безумного мира поп-музыкантов и марихуаны.

"Тревожит ли Вас жизнь Вашей дочери?", - спросил я. Она подумала и улыбнулась.
"Только в том плане, что она не сможет вновь подняться", - ответила баронесса. "Марианна очень хрупкая. И она очень талантлива для театра".
"Это наследственное?", - спросил я.
"На самом деле нет", - сказала она. "В моей семье все были писателями".
"Марианна Ваш единственный ребенок?"

Она снова посмотрела на свою дочь. Под тревожным присмотром Сестры Изабель, Марианна улыбаясь позировала штатному фотографу Киту Барлоу.
Даже на расстоянии была заметна её бледность. Тёмные круги под её голубыми глазами. Длинный плотный шарф Айседоры был намотан на шее, которая была в синяках от больничных инструментов, помогавших ей в борьбе за жизнь.

"У меня есть приёмный сын, который старше", - произнесла баронесса. "Но, да, она моя единственная дочь".

Я размышлял о насыщенной событиями жизни 22-летней девушки, о её неудачном браке, её беременности от Мика Джаггера, закончившейся выкидышем, обвинениях в Англии в хранении наркотиков, этой последней недавней трагедии и задался вопросом, что в действительности чувствует эта мать.

"Вам нравится Мик?", - спросил я.
Она взглянула на меня из-за своих элегантных очков и тепло отозвалась:
"Мне он очень нравится", - сказала она. "Он прекрасный человек".
"Вы бы хотели, чтобы они поженились?"
"Это им решать", - ответила она. "Это сложный вопрос, так как Марианна католичка. Но это дело Марианны и Мика, не мне решать.
Девушка по прозвищу "Девушка которой всё равно", была недалеко от нас, в сопровождении Сестры Изабель и услышала имя Мика.
"Если бы только люди могли узнать его ближе", - сказала она.

Ясный взгляд голубых глаз

Она находится в состоянии тихого спокойствия, из-за слабости после болезни (как мне показалось). Взгляд её голубых глаз ясный и мудрый. У неё голос и манеры истинной леди. Она поразила меня.
Безусловно, Сестра Изабель любит её.
Великодушная монахиня, заведующая больницы, неохотно согласилась, чтобы Марианна присоединилась к нам.

"Ей необходимо отдохнуть и не использовать свой голос", - сказала нам Сестра Изабель. "Пока нет оснований полагать, что она больше не сможет петь снова, но она должна быть осторожной".

Она ничего не обещая, пошла спросить у Марианны. Но вскоре она вернулась, материнская фигура в своём белом одеянии с голубой вуалью.
Марианна готова подойти к нам. Она хотела бы немного поговорить, но не о себе, а о людях, об австралийском народе.
Вскоре они подошли к нам, по-весеннему солнечные, три женщины - монахиня, мать и девушка, которая была так близка к смерти.
И вот Марианна начала говорить (слишком оживлённо для спокойствия Сестры Изабель) о людях из Австралии, которые осыпали её теплотой, пониманием и состраданием, писали ей письма и отправляли цветы и заверяли её в своих молитвах.

"Я была чужестранкой", - произнесла она, - "И они приютили меня".
Баронесса сказала: "Не могли бы Вы сказать людям, как много значили эти письма и для меня".
"Это были не просто письма от поклонников", - поспешно добавила Марианна. "Это были письма от всех, отовсюду, от людей всех возрастов, из разных городов и стран, сотни и сотни".
"Марианна", - встревожилась Сестра Изабель и погрозила ей пальцем.
"Просто позвольте мне сделать это", - взмолилась Марианна. " Я хочу чтобы все знали, что это значит для меня, и как ещё я могу это сделать?"
"Просто нужно немного подождать", - сказала Сестра Изабель. "Я должна выполнять указания врачей".

Приходившие письма

"Да, конечно", - сказала Марианна. Мать взяла её за руку.
"И приходили приглашения", - продолжала Марианна. "Десятки и десятки приглашений от людей, которых я никогда не знала и не слышала о них, они приглашали чтобы я приехала в гости и оставалась до тех пор, сколько потребуется, пока мне не станет лучше".
"Это было невероятно", - сказала её мать. "Пожалуйста, напишите о том, как я благодарна".
"Некоторые из писем были чистой поэзией", - рассказывала Марианна. "Я никогда не забуду одно из них, от пожилого человека, который дал свой адрес, и просто подписался 'Дедушка'.
Он был из мест, где не бывало дождей в течении многих лет", - сказала Марианна.
"Была страшная засуха. Я никогда даже не представляла себе, что бывает такая засуха. Каждый вечер на закате он стоял и прислушивался. И казалось, будто по всей долине исходил вздох от всего живого, что погибло в этот день. Затем, однажды, полный надежды старик отправился в город. Он купил семена травы и, возвращаясь, разбрасывал семена по всей дороге.
Вскоре после этого он уехал и его дочь написала ему, что начался дождь, и он лил как сумасшедший. Когда он вернулся, обнаружил, что по всей дороге взошла зелёная трава. И это была самая зелёная и душистая трава, какую он когда-либо видел, намного зеленее и душистее, чем трава в других местах.
И знаете, что он увидел? Он увидел мать кенгуру и её малыша. И малыш питался этой травой". Она замолчала. Её голубые глаза были расширены и полны чувств.
"Вот и всё", - произнесла она. "Это письмо так много значило для меня".

"Марианна", - сказала Сестра Изабель, намекая о завершении.

Марианна теснее обмотала свой длинный шарф вокруг шеи.
"Мне жаль, Вам пора уходить", - промолвила она.
Мне тоже жаль. Мне было очень приятно познакомиться с ней ближе.
Когда мы уходили, я оглянулся и посмотрел, как они вместе пересекают траву.
Марианна прогуливалась как девушка, которая выглядит достаточно хорошо, чтобы выжить.

На фото: С матерью, баронессой Эриссо (Erisso), и Сестрой Изабель, заведующей больницы "Mount St. Margaret".

Категория: Статьи | Просмотров: 283 | | Теги: Marianne Faithfull
Всего комментариев: 0
avatar